Основной задачей фельдшерских бригад психиатрической службы скорой помощи является перевозка психически больных из мест их нахождения в психиатрические стационары города по направлениям психиатров психоневрологических учреждений, если больной, по заключению направившего врача, не может или не должен следовать туда самостоятельно.
Транспортные бригады выезжают в составе двух фельдшеров для перевозки одного больного. В отдельных случаях допускается перевозка двух спокойных больных, но при условии согласия обоих членов бригады, под их личную ответственность и с учетом ситуации на месте.
Не подлежат перевозке психиатрическим санитарным транспортом:
— лица с хроническим алкоголизмом и хронической алкогольной интоксикацией без психических нарушений и суицидных высказываний;
— лица с алкогольным абстинентным синдромом без психических нарушений;
— лица с хроническим алкоголизмом, направляемые наркологами на плановое лечение;
— наркоманы, направляемые на плановое лечение;
— все лица в алкогольном опьянении, не страдающие психическими заболеваниями;
— больные с неврозами без суицидных намерений;
— лица с антисоциальными формами поведения, не страдающие психическими заболеваниями;
— лица, направляемые в психиатрические стационары на обследование из райвоенкоматов и на койки ВТЭК;
— больные, направляемые на амбулаторную и стационарную судебно-психиатрическую экспертизу;
— военнослужащие, направляемые на лечение психиатрами войсковых подразделений, в т. ч. и иногородние.

По спектру психофармакологического действия мало чем отличается от аминазина, однако не дает выраженных соматических и неврологических осложнений и по силе действия уступает ему. Поэтому для получения примерно того же эффекта доза пропазина, по сравнению с аминазином, должна быть увеличена в полтора раза. Препарат используется в основном у лиц с соматическим неблагополучием, а также у больных алкоголизмом, наркоманией, токсикоманией.
Выпускается в таблетках по 25 и 50 мг и в ампулах по 2 мл 2,5% раствора.
Средняя суточная доза — 0,5—1,0. Высшие разовые дозы для взрослых: внутрь — 0,25 г; внутримышечно — 0,15 г (в разведении на 5,0 мл 0,5% раствора новокаина).

По возможности следует избегать применение аминазина при инфекционных, соматогенных, интоксикационных, алкогольных (особенно при делирии) психозах, психотических состояниях у наркоманов и токсикоманов. Лучше в этих случаях использовать пропазин, осторожно (с учетом соматического состояния) — тизерцин.
Выпускается в таблетках по 25, 50 и 100 мг и в ампулах 1—2—5—10 мл 2,5% раствора. Средняя суточная доза 300—500 мг, высшая 1000 мг и более. Высшие разовые дозы для взрослых: внутрь — 0,3 г; внутримышечно — 0,15 г; внутривенно — 0,1 г.

Наиболее типичным препаратом является аминазинОн применяется там, где симптоматика по содержан7ш~Тттагйморфна и требуется сильный общий седативный эффект. Препарат используется:
1. При всех видах психомоторного возбуждения (тревожном, галлюцинаторном, бредовом, кататоническом, маниакальном).
2. Для снятия аффекта эмоционального напряжения, аффекта злобы и ярости (менее эффективен при тревоге и страхе).
3. В целях купирования агрессивного поведения.
4. Для подавления широкого спектра продуктивной психопатологической симптоматики галлюцинаций, иллюзий, бреда и др.).
5. С целью упорядочения мыслительных процессов. Однако аминазин не только не действует на ипохондрические
состояния (за исключением тревожной ипохондрии), но и может усиливать их. Он углубляет астенические, апато-абулические, депрессивные (за исключением тревожно-депрессивных синдромов в рамках шизофрении) состояния.
На ступорозные синдромы действует неоднозначно. На лю-цидную кататонию не действует и может ее усугублять.
Депрессивный ступор аминазин усиливает, однако способен положительно действовать на аффективные, галлюцинаторные, бредовые, онейроидные, негативистические ступорозные состояния.
Аминазин плохо переносят (видимо, в силу выраженного
соматропного действия) невротики, психопаты, лица пожило-
го возраста, соматически. ослабленные, больные алкоголизмом, наркоманиями, токсикоманиям"й~.

В условиях скорой помощи часто встречаются состояния возбуждения, развившиеся на фоне острой черепно-мозговой травмы, острых нарушений мозгового кровообращения, прекоматоз-ных состояний, экзогенных отравлений, например фосфорорга-ническими инсектицидами, эндогенных интоксикаций, в том числе при инфекционных болезнях, инфаркте миокарда, острых хирургических заболеваниях органов брюшной полости и др.
Недооценка соматического состояния в этих случаях может привести к неправильным тактическим действиям, в результате которых больной, нуждающийся в экстренной терапевтической, хирургической и иных видах помощи, получит ее с большим опозданием. Неправильное представление о причине возбуждения может повлечь за собой использование слишком больших доз психотропных препаратов, что приведет к значительным, иногда критическим расстройствам жизненно важных функций или извращению клинической картины.
Купирование возбуждения у психически больного — это начало его лечения независимо от того, будет больной госпитализирован или оставлен на месте.

Процесс мышления. Идеи, направленные на достижение каких-то целей, разорванность, нелогичность мышления, легкий переход с одного предмета обсуждения на другой, уместность, обстоятельность, способность к абстрагированию, наплыв мыслей, ассоциации, вызванные звуками, персеверации. Комментарий. Разорванность мышления указывает на шизофрению, наплыв мыслей — на маниакальный синдром, неспособность к абстрагированию — на шизофрению, повреждения
, головного мозга. Сознание Уровень сознания — ясное, спутанное, помрачен-"ное, коматозное, ступорозное; ориентация, во времени, пространстве, окружающих лицах; познавательная способность.
• Память. Долговременная (длительная). Кратковременная. Непосредственная (оперативная).

При постепенной редукции комы появляются острые травматические психозы (делириозные, сумеречные, аментивные и ам-нестические), развивающиеся чаще сразу же после выхода больного из комы. Травматический делирий проявляется обильными зрительными и слуховыми галлюцинациями, отрывочными бредовыми идеями, аффектом страха на фоне сложного двигательного возбуждения. Больные вскакивают с постели, порываются бежать, подают команды и выполняют автоматизированные действия. Из такого делирия, обычно через критический сон, больные выходят в тяжелую травматическую астению. В других случаях неполная обратная динамика церебральных расстройств (по ходу редукции комы) выливается в также преходящие сумеречные состояния с аффектом страха, патологически суженным сознанием и с преобладанием либо двигательных автоматизмов и агрессивности, либо живых и аффективно насыщенных галлюцинаций и отрывочных бредовых идей. Возможны у таких больных аментивные и амнестические синдромы. При аментивных картинах на фоне дезориентировки в месте, времени и окружающем и тревожно-боязливых аффектов наблюдается аментивная речевая спутанность и резкая слабость осмысления окружающего, неспособность к запоминанию текущих событий.
По мере прояснения сознания выявляется тяжелая астения и катастрофическая психическая истощаемость: больные адина-мичны, почти все время спят, в момент кратких перерывов такого состояния ситуацию полностью не охватывают и затем снова погружаются в сомнолентное состояние.

Находящихся в лактацидемической диабетической коме следует ввести внутривенно 200—400 мл 4% раствора бикарбоната натрия, а больным в кетоацидотической и гиперосмолярной диабетической комах целесообразно начать регидратацию организма растворами хлорида натрия соответственно 0,9 и 0,45%.
В случаях субарахноидального кровоизлияния психомоторное возбуждение больного следует купировать оксибутиратом натрия или реланиумом, ввести 2 мл 50% раствора анальгина, стабилизировать гемодинамику, обеспечить максимальный покой. Больным с другими формами нарушения мозгового кровообращения проводится синдромальная терапия. Дифференцированное лечение на догоспитальном этапе не выполняется.
Больным с явлениями отека мозга показано внутривенное введение 50—100 тыс. АЕ контрикала (трасилола) в 50 мл 0,9% раствора хлорида натрия, 100—200 мг лидокаина, 2—4 мл 0,25% раствора изоптина в растворе глюкозы (если нет гипотензии и брадикардии), 60—90 мг преднизолона, 2 мл тавегила (супрасти-на), 1—2 г оксибутирата натрия, по 5 мл 5% раствора витаминов С, Bi и Вб, 1 мл 30% раствора витамина Е (подкожно). В случаях нарастания признаков дислокации головного мозга врач специализированной неврологической бригады может крайне осторожно выполнить спинномозговую пункцию.

Специфическая этиопатогенетическая диагностика коматозных состояний крайне сложна из-за лимита времени, невозможности собрать анамнез, тщательно обследовать больного. Врачу приходится сочетать обследование больного с неотложными лечебными мероприятиями, а иногда только устранять угрожаемые жизни нарушения дыхания и кровообращения. В таких случаях ему крайне необходимы фундаментальные знания медицины, наблюдательность, максимальная собранность, четкость и быстрота действий, умение немедленно получить и систематизировать сведения об обстоятельствах болезни, спланировать и провести обследование больного, выделить среди общих симптомов комы признаки основной болезни, приведшей к развитию недостаточности мозга, поставить диагноз и определить профиль стационара назначения.
Неотложная помощь. Независимо от генеза коматозного состояния в первую очередь предпринимают меры для коррекции угрожаемых жизни нарушений дыхания и кровообращения. Если проводится ИВЛ, необходимо поддерживать режим умеренной гипервентиляции. Нужно обеспечить ингаляцию кислорода. Следует купировать судорожный синдром введением антикон-вульсантов (оксибутирата натрия, реланиума, апаурина и др.) в соответствующих дозах до получения эффекта. Судороги, которые не сопровождаются нарушением дыхания или протекают по типу джексоновских, купировать не надо, чтобы не затруднить дальнейшую диагностику нарастающей внутричерепной гематомы. Устранять гипертермию можно внутримышечным введением 2 мл 50% раствора анальгина, 2 мл тавегила.

Черепно-мозговая травма является частой причиной психических расстройств. В группе экзогенных нарушений психики черепно-мозговая травма по частоте их занимает второе место, уступая лишь алкогольной патологии.
Психические расстройства начального и острого периодов.
Важнейшим проявлением общемозговых расстройств начального периода черепно-мозговой травмы является помрачение сознания. При легких травмах оно исчерпывается лишь кратким и незначительным состоянием оглушенности. При умеренных и тяжелых контузионно-коммоционных поражениях прямо в момент травмы возникает сопорозное, чаще коматозное состояние.
Кома является наиболее тяжелой степенью помрачения сознания этого качества, т. е. фактически полным выключением сознания. Больные в таком состоянии неподвижны, они не производят никаких движений, не проявляют никакой активности. Здесь нет ни бреда, ни галлюцинаций, ни других продуктивных симптомов. Больные не реагируют ни наречь, ни на громкий и неоднократный оклик, на интенсивные звуковые, световые и иные воздействия; их совершенно невозможно растормошить. Резко угнетена безусловно-рефлекторная подкорковая деятельность: полностью отсутствуют сухожильные рефлексы, отстранение руки при уколе иглой и даже филогенетически более древний защитный рефлекс закрывание век при приближении предметов к глазу. Сохраняется деятельность лишь жизненно важных центров —дыхательного и сосудо-двигательного. Однако при неблагоприятном развитии событий нарушается и их функционирование, и больной, не выходя из комы, может умереть. Кома, таким образом,— самое тяжелое, самое глубокое помрачение сознания, его выключение.